Гигантские акулы — изумительные существа. Они просто великолепны.
Они вырастают до 10 метров в длину.
Иногда даже больше.
Их вес может достигать 2 тонн.
Некоторые говорят о 5 тоннах.
Они вторые по величине рыбы в мире.
Они также безобидные животные, питающиеся планктоном.
Полагают, что они способны
отфильтровывать кубический километр воды в час
и съедать 30 кг зоопланктона ежедневно, чтобы выжить.
Они волшебные существа.
Нам в Ирландии очень повезло: у нас много гигантских акул
и много возможностей для их изучения.
Они также были очень важны для прибрежных районов
на протяжении столетий,
особенно возле деревеньки Кладдадафф, округ Коннемара,
где фермеры делали вылазки в море
на своих рыболовных и беспалубных суднах,
иногда далеко от берега, иногда к месту, названному Край Гигантской Акулы,
которое находится в 50 километрах к западу от о. Ахилла,
чтобы охотиться на акул ради пропитания.
Вот одна из 17 старинных ксилографий, сделанных в 1800-е годы.
Итак, они были очень важны из-за масла, добываемого из их печени.
Треть туловища гигантской акулы занимает печень, и она полна масла.
Из печени получали многие литры масла.
Его использовали в первую очередь для освещения,
для обработки ран и других целей.
Надо сказать, в 1742 уличные фонари
в Голуэе, Дублине и Уотерфорде
были заправлены маслом гигантских акул.
«Солнечная рыба» — одно из названий гигантской акулы.
Итак, они были невероятно важными животными.
Они давно известны и очень важны для береговых сообществ.
Вероятно, самое официальное место ловли гигантских акул
было возле острова Ахилла.
А именно, бухта Ким на севере от него.
Акулы приплывали в эту бухту.
Рыбаки закрепляли сеть на краю мыса,
растягивали её вдоль другой сети.
И как только акула подплывала и касалась её, она попадала в сеть.
Чаще всего акула тонула и задыхалась.
Иногда рыбаки окружали её в лодках
и закалывали ударом копья в загривок.
После акул буксировали в гавань Пуртин,
там варили, добывали масло.
Раньше мясо использовали в качестве удобрения,
вместе с ним — плавники.
Вероятно самая страшная угроза акулам по всему миру —
это обрезание плавников.
Большинство из нас боится акул из-за фильма «Челюсти».
Где-то 5 или 6 человек погибают
из-за акул каждый год.
Совсем недавно был один случай, верно? Пару недель назад.
Люди убивают около 100 миллионов акул ежегодно.
Я не знаю, каков баланс, но думаю,
у акул больше оснований нас бояться.
Это зарегистрированный объем рыболовства.
Как видите, оно достигло пика в 50-х,
когда уничтожали 1 500 акул в год.
Затем объёмы резко снизились — классическое рыболовство «взлётов и падений».
Это указывает на истощение поголовья
или низкие темпы размножения.
За весь период убили около 12 тысяч акул,
просто натягивая пеньковый канат
от края мыса Ким
до острова Ахилла.
Ловля акул продолжалась вплоть до середины 80-х,
особенно в районе Восточного Дюнмора в графстве Уотерфорд.
К 1985 году 2,5-3,0 тысячи акул были убиты,
многие из них норвежскими судами.
Вот тёмное пятно, его сложно разглядеть, но это норвежские рыболовные суда охотятся на гигантских акул,
а чёрная линия на смотровой мачте
говорит нам о судне для ловли акул,
но не китов.
Значимость гигантских акул для береговых сообществ
выражается лингвистически.
Я не знаю ирландского,
но на Кэрри их часто называли «Ainmhide na seolta» —
монстр с плавниками.
Другим названием будет «Liop an da lapa» —
неповоротливое чудовище с двумя плавниками.
«Liabhan mor», или большое животное.
И моё любимое название «Liabhan chor greine» —
великая рыба солнца.
Милое имя, вызывающее ассоциации.
На острове Тори — довольно странное место — они известны как Малдуны [ирландская фамилия]
и никто не знает почему.
Надеюсь, в зале нет жителей Тори. Милый уголок.
Но самое распространённое название на всех островах —
это гигантская акула [рыба солнца].
Название происходит от их привычки греться на поверхности, когда светит солнце.
Есть серьёзные опасения, что популяция гигантских акул
истощена по всему миру.
Некоторые говорят, что это не уменьшение численности,
а изменения в распределении планктона.
Предполагают, что гигантские акулы могли бы стать
превосходными индикаторами климатических изменений,
потому что они, по сути, непрерывные регистраторы планктона,
постоянно плавают с открытым ртом.
Международный союз охраны природы классифицирует их как «уязвимый» вид.
В Европе предпринимаются меры по приостановке их ловли.
Сейчас действует запрет на их ловлю и вывоз на берег,
даже на вывоз на берег тех, что были пойманы случайно.
В Ирландии они не защищены законом.
Фактически у них нет какого-либо законного статуса,
несмотря на значимость этого вида,
а также присущего им исторического контекста.
Мы знаем очень мало о них.
И большую часть этого знания
составляет их привычка всплывать на поверхность.
Мы пытаемся догадаться, что даёт им
их поведение на поверхности.
Только в прошлом году на конференции на о. Мэн я узнал,
как удивительно жить там,
где гигантские акулы регулярно, часто и предсказуемо
выходят на поверхность, чтобы погреться.
И это невероятный шанс для науки
увидеть и узнать гигантских акул.
Они изумительные существа.
Нам открываются удивительные возможности для доступа к ним и изучения.
Итак, чем же мы занимаемся на протяжении пары лет — прошлый был выдающимся —
мы начали маркировать акул,
чтобы составить представление о воспроизведении вида,
передвижении особей и прочем.
В основном мы сконцентрировались
на Северном Донегале и Уэст Кэрри:
в двух этих областях я был более задействован.
Мы маркировали их очень просто, без передовых технологий,
при помощи большого длинного шеста.
Это удочка для береговой ловли
с меткой на конце.
Ты плывёшь в лодке и маркируешь акул.
Мы преуспели в этом.
Прошлым летом пометили 105 акул.
50 из них за три дня
возле полуострова Инишоуэн.
Сложнее всего оказаться в правильное время в правильном месте.
Техника же примитивная, лёгкая.
Я покажу вам, как они выглядят.
Мы использовали камеру на лодке,
чтобы заснять акул.
Одной причиной было выяснить пол акулы.
Мы установили пару спутниковых меток — привлекли высокие технологии.
Это архивирующие метки.
Они сохраняют информацию.
Спутниковая метка работает, только когда не покрыта водой
и может отправлять сигнал на спутник.
Конечно, акулы чаще находятся под водой.
И метка определяет местонахождение акулы,
сверяя время и расположение солнца.
Ещё температуру воды и глубину.
Путь животного нужно восстанавливать самим.
На акулах устанавливают метки, которые открепляются через заданное время,
в нашем случае период 8 месяцев,
буквально до дня, когда метка открепилась, всплыла, поздоровалась со спутником
и отправила не всю, конечно, но достаточную для нас информацию.
Таков единственный способ понять
их поведение и перемещение под водой.
Вот несколько карт, составленных нами.
На эту особь мы поставили метки по обе стороны о. Кэрри.
По сути, она провела все 8 месяцев у Ирландского берега.
Рождество встретила на границе шельфа.
А вот эту ещё не сверили
с температурой воды на поверхности и глубиной,
но предварительно вторая акула провела большую часть времени
в Ирландском море и около.
В прошлом году коллеги с о. Мэн
пометили одну акулу,
которая проплыла от о. Мэн до Нова-Скотии примерно за 90 дней.
9,5 тысяч километров. Кто бы мог подумать!
Другой коллега из США пометил 20 акул
возле Массачусетса, но метки не сработали.
Он знает только, где пометил их
и где метки всплыли.
Они всплыли в Карибском море
и даже у берегов Бразилии.
А мы считали гигантских акул сдержанными существами,
обитающими только в наших широтах.
На самом деле, они явно пересекают экватор.
С помощью таких простых инструментов
мы изучаем гигантских акул.
Одна вещь удивляет меня
и кажется странной:
малое генетическое разнообразие акул.
Я не генетик и не буду им притворяться.
Я считаю сотрудничество прекрасным,
поскольку я предпочитаю полевые условия,
и паникую после многих часов
в белом халате в лаборатории — заберите меня отсюда.
Поэтому мы сотрудничаем с генетиками, им это близко.
Когда они изучили генетику гигантских акул,
выяснилось, что разнообразие их очень мало.
Взгляните на первую линию —
эти разные виды акул очень близки.
По существу это значит, что все они акулы
и произошли от общего предка.
Если посмотреть на многообразие нуклеотидов,
которые наследуются от родителей генетически,
вы увидите, что у гигантских акул
оно на порядок меньше,
чем у других видов акул.
Исследование провели в 2006 году.
До 2006 не было представления о генетическом разнообразии гигантских акул.
Разбивается ли их популяция на несколько разных?
Есть ли в популяции группы?
И конечно, крайне важно понять,
какой размер у популяции и статус животных.
Лэс Ноубл (Les Noble) из Абердина
не поверил этому.
И провёл другое исследование
при помощи микроспутников,
намного более дорогое и длительное.
К своему удивлению, он получил почти идентичный результат.
Итак, оказывается, что разнообразие гигантских акул
по какой-то причине крайне мало.
Считают, что могло быть некоторое генетическое препятствие
около 12 тысяч лет назад.
И оно стало причиной малого разнообразия.
Если посмотреть на китовых акул,
других крупных акул, питающихся планктоном,
их разновидностей намного больше.
Видимо, связи здесь нет.
Выяснили, что генетических отличий также нет
среди гигантских акул в разных частях мирового океана.
Несмотря на то, что гигантские акулы обитают по всему миру,
генетически сказать нельзя, откуда они:
из Тихого, Атлантического океана, Новой Зеландии, Ирландии или Южной Африки.
По сути, они все одинаковы.
Всё же это удивительно. Неожиданно.
Для меня это загадка — не буду притворяться понимающим.
Подозреваю, большинство генетиков тоже не понимают этого,
но выдают количественные данные.
И становится возможным определить размер популяции,
основываясь на разнообразии генетики.
Рус Хёлзэл (Rus Hoelzel) определил фактическую численность
8 200 животных.
И всё.
8 тысяч особей в мире.
Вы скажете: «Нет, это невозможно».
Лэс провёл более тщательное исследование.
Он пришёл к цифре 9 тысяч.
Использование других микроспутников дало другие результаты.
Но среднее значение у всех исследований —
величина в 5 тысяч особей,
чему я лично не верю,
но я — скептик.
Но даже если вывести среднее,
то речь идёт о фактической численности в 20 тысяч животных.
Вы помните, сколько акул убили возле о. Ахилла
в 70-х и 50-х?
Это говорит нам о том,
что есть реальный риск исчезновения вида,
так как численность слишком мала.
Предположительно 8 тысяч из 20 — самки.
Всего лишь 8 тысяч самок гигантской акулы в мире?
Я не знаю. Не верю в это.
Сложность в том, что учёные
ограничились добытыми образцами.
Образцов недостаточно,
чтобы действительно изучить генетику
подробно.
Откуда же взять образцы
для генетического анализа?
Мёртвые акулы — один из таких источников.
Их выносит на берег.
В Ирландии их может быть 2-3 в год,
если повезёт.
Другой источник — ненужный улов.
Мы обнаруживали несколько особей, пойманных в дрифтерные сети.
Сейчас они запрещены, что для акул хорошая новость.
Некоторые попадают в сети, в тралы.
Например, эта попала на берег в Хоуте перед самым Рождеством,
нелегально — закон ЕС это запрещает.
Фактически она была продана по 8 евро/кг как акулий стейк.
Они вывешивали рецепт на стене, пока не узнали, что это нелегально.
И их даже оштрафовали.
Если посмотрите на цифры, что я привёл,
общая численность вида в мире
сейчас составляет 86.
Работа генетиков очень важна,
они ставят хорошие вопросы,
могут судить о численности вида,
подвидах и структуре,
но они ограничены нехваткой образцов.
Когда мы в море помечаем акул,
как здесь мы помечали их с носа лодки — как можно быстрее —
время от времени акулы реагируют.
Однажды в Малин Хэд возле Донегала,
акула помяла борт лодки своим хвостом,
думаю, больше испугавшись того, что рядом с ней лодка,
а не самого прикрепления метки.
Дело закончилось хорошо. Мы только намокли.
После, когда Эммет и я
вернулись на пирс в Марлин Хэд,
я заметил чёрную слизь на лодке.
И вспомнил, как проводил много времени на торговых рыболовных судах,
где моряки рассказывали, что можно определить,
когда гигантская акула попадала в сеть
по оставшейся на ней чёрной слизи.
Я подумал: это должно быть от акулы.
Нас заинтересовало
получение образцов ткани для генетиков,
потому что они очень ценны.
Мы использовали консервативные методы —
у меня есть самострел — видите его в моей в руке,
мы используем его для получения генетических образцов китов и дельфинов.
Я протестировал его, пробовал много способов.
Но я только ломал стрелы,
потому что акулья кожа очень толстая.
Мы не представляли, как получить образец.
Идея не сработала.
Когда я увидел чёрную слизь на борту лодки,
то подумал: «Бери то, что тебе дают …»
И соскрёб её.
Образец для генетиков я сохранил в маленькой бутылочке со спиртом.
Итак, я соскрёб слизь и отправил образец в Абердин.
И сказал: «Может сработать».
Они трудились над ней несколько месяцев.
Только потому, что была назначена конференция на о. Мэн.
Я отправлял письма, спрашивал:
«У вас была возможность посмотреть на мой образец?»
Он отвечал: «Да, да, да… Позже, позже…»
В любом случае, он думал, что лучше это сделать,
потому что никогда не встречал меня до этого
и мог потерять репутацию, отказываясь.
Он был шокирован: они действительно получили ДНК из слизи.
Они вдались в детали, протестировали ещё раз,
и обнаружили: да, это ДНК гигантской акулы,
полученное из слизи.
Все очень воодушевились.
Акулья слизь Саймона стала известна.
Я подумал: «Что ж, нужно с этим работать».
Мы решили: «Хорошо, выбираемся в море
и станем добывать слизь».
Итак, потратив 3,5 тысячи на спутниковые метки,
я решил вложить ещё 7,95 — вот остался ценник —
в местный магазин скобяных товаров в Килраше,
купив черенок для швабры,
и ещё чуть меньше я отдал за печные очистители.
Я посадил печной очиститель на черенок
и отчаянно ждал
возможности
встретиться с акулами.
Тогда был август,
акулы обычно появляются в июне-июле.
Видишь ты их редко.
Ещё больше удачи требуется, чтобы найти акул в августе.
Мы были в отчаянии.
Мы кинулись в Бласкет, как только услышали, что там акулы,
и действительно нашли несколько.
Всего лишь проведя черенком швабры по акуле,
когда она проплывает под лодкой,
видите: вот здесь акула плывёт под нашей лодкой,
мы собирали слизь.
Вот она.
Взгляните на эту прекрасную чёрную акулью слизь.
И примерно за полчаса
мы получили 5 образцов от 5 акульих индивидов.
Так были взяты образцы акульей слизи по методу Саймона.
(Смех)
(Аплодисменты)
Я изучаю китов и дельфинов в Ирландии уже 20 лет,
надо сказать, они чуть более яркие.
Вероятно, вы смотрели отснятый материал о горбатом ките,
который мы привезли из графства Вексфорд пару месяцев назад.
В такой ситуации считаешь, что ты оставил наследие после себя.
Но я задумался о разрыве с горбатыми китами
и дельфинами.
Иногда такие вещи приходят к тебе,
и их просто нужно брать.
Вполне вероятно моим наследием будет
акулья слизь Саймона.
В этом году мы получили финансирование
на сбор большего количества образцов.
Очень полезно использование нами
навесных видеокамер — вот моя коллега Джоан с такой —
это позволяет заглянуть под акулу.
И мы смотрели на то, что у мужских особей есть выросты,
которые хорошо заметны внизу спины у акулы.
По ним легко можно определить пол.
Если мы знаем пол акулы
до того, как берём образец,
мы говорим генетикам, был он взят от самца или самки.
На данный момент нет генетического способа определить
разницу между самцом и самкой,
что очень удивительно,
потому что они не знают, какие праймеры искать.
Возможность указать пол акулы
стала очень важна
для регламентирования торговли
гигантскими акулами и не только,
потому что торговля любыми видами акул незаконна.
А их отлавливают и отправляют на продажу.
Я как полевой биолог
просто ищу встречи с этими животными,
чтобы узнать о них как можно больше.
Наши встречи часто короткие. Носят сезонный характер.
И хочется узнать о них как можно больше в краткий срок.
Разве не удивительно,
что после мы можем передать образцы
и предоставить возможность другим дисциплинам, например, генетике,
которая извлечёт из них ещё больше.
Как я сказал, такая возможность
приходит странным путём. За неё нужно хвататься.
Буду считать это моим научным наследием.
Надеюсь, я ещё получу нечто более волнующее и романтичное.
Но пока спасибо за это.
Следите в оба за акулами.
Если вы заинтересовались, мы недавно запустили сайт, посвящённый гигантским акулам.
Спасибо и спасибо за ваше внимание.
(Аплодисменты)