В 1960 году, будучи ещё студентом,
я получил стипендию для поездки в Северную Америку,
чтобы изучать жилищное обеспечение.
Мы путешествовали по стране.
Мы видели высотные здания муниципального жилья
во всех крупных городах:
Нью-Йорке, Филадельфии.
Там жили люди, у которых не было особого выбора.
Потом мы путешествовали из пригорода в пригород,
и я вернулся к мысли о необходимости
пересмотреть подход к строительству жилых домов.
Должен быть другой способ делать это.
Раз мы не можем сохранить условия пригорода,
тогда давайте спроектируем здание,
которое бы обладало качествами
частного дома.
Район был бы весь в садах,
в единении с природой,
там были бы улицы вместо коридоров.
Мы построили дом из сборных конструкций для достижения экономии,
и вот оно почти 50 лет спустя.
Это превосходное место для жизни.
Сейчас это здание является наследием,
но не получило широкого распространения.
В 1973 году я впервые приехал в Китай.
Царило время культурной революции.
Мы ездили по стране,
встречались с архитекторами и проектировщиками.
Вот как тогда выглядел Пекин.
Ни единого высотного здания
в Пекине или Шанхае.
Шеньчжень тогда даже не существовал как город.
Автомобилей практически не было.
Вот как выглядит Пекин
тридцать лет спустя.
Это Гонконг.
Если вы богаты, вы живёте здесь.
Если вы бедны, вы живёте вот здесь.
Плотность населения высока, и не только в Азии.
Взять, например, Сан-Паулу.
Вы можете облететь его на вертолёте в течение 45 минут,
наблюдая, как эти высотки заполонили
малоэтажную среду 19 века.
С ними в города приходят заторы,
мы теряем мобильность, и так далее.
Итак, несколько лет назад мы решили вернуться к идее
о пересмотре обустройства жилых районов.
Можем ли мы сделать жильё более доступным?
Можем ли мы в действительности достичь такого качества жизни,
учитывая огромную плотность населения сегодня?
И мы поняли, что всё дело в свете,
в солнце, в природе,
в создании фракталов.
Можем ли мы раскрыть поверхность здания так,
чтобы оно находилось в большем контакте с внешней средой?
Мы придумали ряд экономичных моделей
более компактного и дешёвого строительства,
перегородки жилых зданий,
где люди могли бы проектировать свои дома
и создавать свои собственные сады.
После этого мы выбрали Нью-Йорк в качестве тестового проекта
и присмотрелись к Южному Манхэттену.
Мы отобразили на карте площади застройки в этом районе.
Слева изображено, как выглядит Манхэттен сегодня:
синим обозначены жилые здания, красным — офисные и торговые здания.
Справа — изменённая нами версия этих зданий:
офисные помещения формируют основу зданий,
а выше располагаются
75 этажей квартир.
В воздухе на уровне 25 этажа
через все блоки проходит
общественная улица.
Там есть парки и свободное пространство
для людей.
Почти каждый блок имеет свой собственный парк
и места общественного пребывания.
И что самое главное — они проницаемы, открыты.
Эти здания не образуют стену или препятствие в городе,
а свет проникает повсюду.
В последние два или три года
мы впервые начали реализовывать такое
качество жизни в жилой среде
в реальных проектах по всей Азии.
Это проект в Циньхуандао, Китай.
Жильё для людей со средним уровнем дохода,
где в каждую квартиру солнечный свет
поступает три часа в день.
Это измерено в день зимнего солнцестояния.
В стадии строительства в Сингапуре
ещё один проект жилья, рассчитанного на средний уровень дохода,
с парками, общественными улицами и многим другим.
Также в Коломбо.
Я хочу затронуть ещё один важный момент —
дизайн общественной сферы.
Сто лет спустя после того, как мы начали
строительство высотных зданий,
нам ещё предстоит понять,
как высокое многоэтажное строение
становится строительным блоком в создании города,
в создании общественной сферы.
В Сингапуре у нас были возможности:
миллион квадратных метров, чрезвычайно высокая плотность населения.
Мы разработали концепцию наружного и внутреннего дизайна,
места для прогулок и парки,
интегрированные в интенсивную городскую жизнь.
Таким образом, там есть открытые пространства и помещения,
и можно переходить из одного в другое,
есть прямой контакт с природой,
и что самое важное — на каждом уровне строения
есть общественные парки и открытые площадки.
На кровле подиумов,
вдоль стен здания,
и, наконец, на крыше — небесный парк,
площадью два с половиной акра, с беговыми дорожками, ресторанами,
а также самым длинным бассейном в мире.
Это всё, что я могу рассказать вам за пять минут.
Спасибо.
(Аплодисменты)