[музыка в ритме вальса]
[поет] "Не надо бояться густого тумана,
Не надо бояться пустого кармана,
Не надо бояться ни горных потоков,
Ни топей болотных, ни грязных подонков.
Умейте всем страхам в лицо рассмеяться!
Лишь собственной трусости надо бояться.
Не надо бояться тяжелой задачи,
А надо бояться дешевой удачи.
Не надо бояться быть честным и битым,
А надо бояться быть лживым и сытым.
Умейте всем страхам в лицо рассмеяться!
Лишь собственной трусости надо бояться.
[музыка песни]
Умейте всем страхам в лицо рассмеяться!
Лишь собственной трусости надо бояться."
[музыка песни]
[плавная музыка]
[шум мопеда]
- Всё шнырит и шнырит по деревне, вынюхивает!
А всё впустую! Да за что только деньги получает- не знаю! [смеются]
- Разрешите? - Проходите!
Голос: Проходите, там, проходите, я сейчас!
Одну минуту!
Да?
Здравствуйте. - Здравствуйте.
Дело, которое я веду, Павел Игоревич,
требует анализа производственной обстановки,
и поэтому я пришел к вам... как начальнику лесопункта,
чтоб именно от вас услышать всё, что вы знаете о Столетове.
Вы понимаете меня? Всё... о Столетове.
- О Столетове...
Это - несчастье, это...
огромное несчастье!
Ведь, я Столетова видел только один раз.
Нет времени!
Понимаете, совершенно нет времени знакомиться с каждым работником лично!
Поймите, вы имеете дело с человеком...
Вы садитесь!
- Спасибо.
- Ой, нет, сядьте вон там, а? В кресло, стул развалится.
Вы должны поверить, что вот этот человек, то есть... я,..
который даст в скором времени стране...
идеальный трелёвочный трактор!
Хотя в 20-м веке считается, что одиночка
должен потерпеть обязательное поражение
в конкретной борьбе с конструкторскими... бюро.
Советская власть посадила на тракторы миллионы мужиков!
Совесткая власть, собственно, начиналась-то с трактора!
И потому нам сам Бог велел...
сгладить противоречия между человеком и машиной.
Это я вам цитирую...
собственную статью, которую, вон, зарубили... в областной газете.
И довод - вот здесь!
"Вы очеловечиваете машину!"
Вон она!
Вот... машина, которую ждут лесозаготовители!
Вот ради этого я... послал к чертовой бабушке папу, маму,
женщину, карьеру, там, разных Докторских наук!
Приехал сюда, в Сибирь...
- Ну, и видел кто-нибудь... из власть имущих всё это?
- Вы - типичный образчик...
привычного мышления
не компетентных, а... власть имущих!
Не видел. Я пока недоволен сам своей работой.
Задача состоит в том, чтобы создать машину, которая была бы...
психологически, - понимаете?, - психологически совместима с человеком!
- Вы мне хотели рассказать о Столетове. - Да.
Да... Столетов был хороший парень...
Я считаю, что мы с ним были, в какой-то мере, единомышленники.
Он понимал... гармонию человека и машины!
Я вам расскажу сейчас. Вы...
Вы знаете, он машину - трактор... назвал "Степанидой".
[шум трактора]
- Столет..! Столетов! Тебя начальство спрашивает!
Нет, не слышит.
- Это вон тот, что ли? - Ну да, он.
- Столетов, здравствуй! - Здравствуйте.
- Говорят, ты тут что-то изобрел? Ну-ка, покажи!
- Да не изобрел... - Покажи!
- Да ну... Ну, сделал тут кое что. Ну, чтобы работать удобнее было.
- Так...
Ага...
Ну-ка держи!
А как ты учитывал линию тела... и расчитывал высоту рычага?
- Да не умею я учитывать и расчитывать!
Я, ведь, в институт не поступил... - на экзаменах провалился!
- А почему "Степанида"? - А?
- "Степанида" почему? - А что, непохожа?
- Может быть...
- Ты знаешь, в чем разница между... водителем автомобиля
и водителем трактора?
Нам, ведь, надо соединить заботу о заде
с проблемой работающих ног и широких рабочих плеч.
Понимаешь, это же трактор! Это трактор!
Понимаешь, тут, ведь, что?
Транспортировка человека...
плюс транспортировка сопротивляющегося груза,
плюс транспортировка Работающего человека, а?
Да-да-да-да-да....
Идея, в общем, интуитивно правильная!
Поступишь в институт! Инженерами рождаются!
- Чего он приходил-то - Сухов?
- Он-то? Тобой интересовался. Да.
- Ты что, ошалел что ли? Не видишь, куда прешь?
Инженер: - Что она у тебя, бешеная?
- Добровольное включение коробки передач!
- Ты меня сейчас чуть не задавил!
Регулировать надо коробку передач, а не сиденье вон изобретать! Кулибин!
Дерьмо твое сиденье!
- Мда...
Мыслящий был парень!
Сиденье сочинил, в общем, перспективное.
У меня к вам вопрос, если разрешите.
Что это произошло с нашей родной советской милицией?
Отчего она так терпима и лояльна к уголовникам?
Или вы - исключение из правил, уважаемый Александр Матвеич?
- А вы - фрукт, уважаемый Павел Игоревич!
Я... вот что хотел сказать...
Пока вы один, как кустарь, тешите свою изобретательскую страсть,
конфликт между Столетовым и Гасиловым зашел так далеко,
что, вероятно, мог явиться косвенной причиной гибели Столетова.
Инженер: - Помилуй Бог!
- Вы и о конфликте-то в первый раз слышите от меня.
Что происходило? Что за конфликт?
О заде тракториста думаете, а в душу ему плюете!
Вы хоть понимаете, что у вас на лесосеке не всё благополучно?
- Что значит "неблагополучно"?
Я приказал организовать вывозку леса с кронами!
Разрешил грузить на сцепы на кубометр леса больше нормы!
Перенес обрубку сучьев на нижний склад! Так что? В чем дело?
- А дело в том, что ваши распоряжения не выполнялись!
Не выполнены и не будут выполняться никогда!
Вы всё перепоручили мастеру Гасилову и не задумывались
и, я убежден, и сейчас не задумываетесь,
каким это методом он из месяца в месяц получает предельно высокую оплату,
и не один - других, ведь, тоже благодетельствует!
Каким это образом? За чей счет?
Государственный?
- Почему вы считаете, что они получают не то, что заработали?
- Не перебивайте меня, я слушал вас терпеливо!
Уголовник Заварзин, кстати, бывший уголовник,
который, кстати, служит у Вас трактористом, считает,
что можно получать большие деньги, не работая, а вы, начальник лесопункта,
в это время трактор изобретаете!
А вы мне можете объяснить, почему это 19-го, 20-го, 21-го мая
выработка на вашей лесосеке подскочила до 250%?
- Не знаю... - Но, ведь, возникает вопрос,
есть ли связь между происшествием 22-го мая,
то есть, когда погиб Столетов...
Главное, что в эти, именно в эти дни,
выработка у вас подскочила почти в 3 раза!
- Я не знаю!
- Значит, Гасилов скрыл от вас это. Почему?
- Не знаю.
- Здравия желаю!
Женский голос: - Здрасьте.
- Здрасьте.
- Анна Егоровна, спешу доложить,
женщину, которая о вас в деревне распространяла клеветнические слухи,
вызывал к себе в милицию и предупредил:
при повторении понесет уголовную ответственность!
Товарищ Суворова? Здравия желаю! - Здрасьте.
- Вы и есть одна 1934-го года рождения, русская служащая,
ранее не судимая уроженка Кедровки. - Да.
- Имеете троих детей. - [смеется] Имею.
- Вы и есть законная супруга Суворова Никиты Гурьевича. - Да.
- Никиты Гурьевича, который так мешает и запутывает вести наше следствие.
Это и есть гражданка Суворова Мария Федоровна. Хорошо...
- Товарищ из Центра! Товарищ из Центра!
- У вас зарплата какая? - 110.
- А детей? - Три... трое.
- А в Уголовном кодексе есть статья,
карающая тюрьмой за дачу ложных показаний.
О, Никита Гурьевич, Никита Гурьевич!..
А передачи в тюрьму - ой-ой-ой!
Твердой копченой колбаски надо, сахарку, сальца... А белье?
[смеется]
Принимают иногда.
А в карты научат играть?
Научат и оставят, в чем мать родила! Тюрьма, мороз, а ты голый!
Холодно!
- Товарищ милиционер! Товарищ из Центра!
[шум умывальника, петушиный крик]
[посвистывает]
[телефон звонит]
- Да?
Доброе утро, товарищ Сухов!
Спасибо.
Ага, спасибо!
[посвистывает]
Голос: - Кто есть капитан Прохоров?
- Я.
- Ага,.. вот вы-то и есть капитан Прохоров? Ну, я вас жду в машине!
Прохоров: - Ну, поехали! Э... к кривой березе!
- Это здесь... любит гулять ваша поселковая молодежь?
- Да, здесь.
Прохоров: - Красиво! [гудок корабля]
- Испортили жеребца! Шестой год ничего не делает!
Погарцует на нем Гасилов,
и потом жеребчик гуляет, как комолая, комолая пеструха!
Он его у нас на трех лошадей выменял.
Были три лошади, работали в столовой и в магазине,
так он говорит, что теперь продукты можно возить на автомашине,
так вот сейчас ни лошадей,.. ни автомашины!
И никто слова не сказал, потому что... главней Гасилова никого нет!
- Николай Васильевич, что вы обо всем этом думаете?
Что же вы молчите?
Сам затеял разговор,.. а сейчас молчит!
Ну ладно...
Прохоров: - Домашние тапки-то? - Угу.
- Хорошо... Резиновая подошва или кожаная?
- Резиновая! Где сейчас возьмешь кожаную?
- Удобная вещь! Шнуровать не надо, портянки крутить не надо.
Прямо с постели - прыг и побежал на работу! [смеется]
Признавайтесь, Николай Васильевич, презираете меня?
"Вот," - думаете, - "выламывается милиционеришко -
не захотел полтора километра пешком прогуляться!
Машину потребовал!" Признавайтесь!
- А нам всё равно - кого возить и куда возить!
Что поп, что попадья - один черт!
[Прохоров смеется]
Восемь часов набежит, и меня поминай, как звали!
- Николай Васильевич,.. а теперь вы покажите мне,
где погиб Столетов, и по какой тропинке молодежь поселковая
любила ходить сюда, к кривой березе.
- Тут рядом. Пошли!
Ну вот это место!
- Что же заставило его прыгать здесь?
Именно здесь?
Как вы думаете, Николай Васильевич?
- Да что тут думать!.. [вздыхает] Сами знаете!
Народ зря болтать не будет... Заварзин его угробил!
Сколько волка ни корми...
Хороший был парнишка!
Таких ребят вообще мало!
- Вернемся к машине!
[шум поезда]
[гудок поезда]
- Опоздал? - Нет, нормально!
- Давай туда, на тормозную! - Я знаю, спасибо!
[посвистывает]
[гудок поезда]
- Что же ж заставило его... прыгнуть?
Или упасть?
- [кричит] Эй! Ты что?
А я смекнул, зачем ты на платформу сел!
Да неужто с этого обрыва? Ну кто ж тут прыгает! Эх ты! Ух!
- Вот именно, кто ж тут пр... прыгает?
Шофер: - Смертоубийство! Ну и работенка!
Шофер: Слава Богу, всё так кончилось! - Хорошо - начальство мое не видело!
Шофер: - Это точно!
- Садись...
Славно... на травке посидеть!
- Эх...
- Николай Васильевич,.. скажи, пожалуйста...
ты кого больше любишь возить - Гасилова...
или технорука Петухова?
- [с иронией] Обоих люблю!
- А... давайте отделим одного от другого!
Оставим в стороне милейшего Петухова
и остановимся на Гасилове. Так за что же вы его любите?
- За всё...
Когда я везу Гасилова, я из него... душу вытрясаю,
как вот сейчас из вас вытрясал! [смеются]
Прохоров: - [смеясь] Не пойму, за что?
А мне хочется понять! - Всё мне в нем противно!
Как он руки потирает, как он разговаривает... с людьми, бездельник!
Да вот эти вот тапочки вот я, вот, из-за него ношу и для него!
- Почему же? - Как почему? Неужто непонятно?
Да Гасилов целыми днями рассиживается да раскатывается!
А чем мы хуже его?
Ну на ж тебе, сукин сын, тапочки!
Мы тоже умеем барствовать и нам тоже наплевать на весь белый свет!
Теперь понятно? - Понятно! [смеются]
Шофер: - Ну вот! [смеются]
- Здравствуйте, Евгения Сергеевна.
Я - капитан Прохоров... Александр Матвеевич.
Можно, мы поговорим с вами? - Проходите.
- Спасибо.
- Сюда, пожалуйста! - Угу.
Евгения Сергеевна,
мне трудно было прийти к вам.
Старался не беспокоить вас.
Не удалось мне пока...
найти... ничего определенного.
- Это Женина комната.
Прохоров: - Женя вырезал портреты негров... и собирал карманные фонарики.
Почему?
- Да. - Зачем?
- Вы знаете, я однажды прочла ему книгу... "Хижина дяди Тома".
И эта книга произвела на него очень большое впечатление.
И после 2-го тома он стал вырезать портреты стариков-негров.
[вздыхает]
Потом позднее он говорил, что...
эти портреты не дают ему быть... беспричинно счастливым.
[плачет]
Женя, ведь, рос без отца.
Его воспитывал дед.
Женя так и называл: "Мой героический дед!"
Он очень любил меня... провожать на работу,
зимой и летом до больницы.
И вот однажды,.. когда мы ему купили новую шубку,
[плавная музыка]
- Женя боялся...
чтобы никто не подумал, что он... слабак.
А в особенности, дед.
А Викентий Алексеевич Радин?
- Да-да-да. Учитель очень имел на него большое влияние.
Это из-за него он начал коллекционировать фонарики.
Женя называл его комиссаром!
Подражал ему.
- Скажите, Евгения Сергеевна,
а когда Женя узнал, что Людмила собирается замуж за Петухова?
- Это сплетни!
Людмила вовсе не собирается замуж за Петухова!
Нет, нет!
Женя не имел от меня тайн. Он очень любит Гасилову!
Не "любит",.. а "любил".
Неужели... его столкнули?
Впрочем, какое это имеет значение?
- Здравствуйте, товарищ Прохоров.
- Добрый день, Егор Семенович.
- Кажется, вы хороший работник и человек.
[вздыхает]
Я хочу сказать, товарищ Прохоров,
что моего внука... не могли столкнуть с поезда.
Мой внук сам... сорвался с подножки.
Евгения не верит в смерть сына.
Я не могу подражать ей,..
я - старый солдат,..
врач. Я знаю:
Смерть всегда выбирает лучших!
Мне надо умереть было... раньше Женьки.
- Егор Семенович,
вы не знакомы с этой Жениной речью на комсомольском собрании?
Почему ребята были так решительно настроены против мастера Гасилова?
Смотрите, как тут сказано Женей:
"Я предлагаю принять решение... помочь нам уволить...
снять с должности Гасилова П. П."
- "Уволить"?
"Расстрелять", - говорил Женька!
Расстрелять из пулемета системы "Максим"!
Грош цена отцам, если они кричат наследникам, что они инфантильны!
Я тоже считал Женьку инфантильным и его приятелей.
"Чего ждешь? Почему не боришься с ним?"
"Школьного образования не хватает", - говорил он, -
"чтобы разобраться в делах лесопункта!"
- А надо было разбираться? - Надо!
"Дед, помоги" - говорит, - "выдвинуть обвинения против Гасилова!"
"Изволь! Пункт первый - обмещанивание,
пункт второй - уход от борьбы, пункт третий - перерожденьчество."
- И что Женя?
"Мой революционный дед, как ты не понимаешь, что тебе было легче!
Этот - белый, этот - красный, этот - зеленый... А Гасилов? Бесцветный!"
[лай собак]
[разговор, смех]
[щелчок фотоаппарата]
[звук фильма "Белое солнце пустыни", разговоры]
- Здрасьте. - Здравствуйте.
- Добрый вечер! - Здрасьте.
- Ты чего тут сидишь, один?
- Да вот, рисую. - Ага.
А у меня к тебе вопросы появились, Андрей.
Да-да!
Прохоров: Новые и важные вопросы.
Андрей, вы мне в прошлый раз рассказывали,
что возвращались с лесосеки в одном поезде с Заварзиным.
А когда вы с ним расстались?
Или он сбежал от вас, чтобы вернуться обратно на лесосеку?
- Да чего сбежал?
Приехали мы с ним в поселок...
[гудок поезда]
[разговоры людей]
Лузгин: - Вот Генка мне рассказывает: "На международном конкурсе лесорубов
победил такой маленький невзрачный лесоруб, как ты, с топориком.
Его спрашивают: "Вы откуда приехали?" Он говорит: "Из Сахары."
"Да там же леса нет!". Он говорит: "Ну вот теперь нет." Поняла? Ну, пока!
- Я завтра про тебя расскажу! Пока, пока! Он мне 4-й раз это рассказывает!
Бабушка: - Здравствуй.
- Ой, как вовремя! - Привет.
- Давай руки мой! У меня всё готово.
Аркаш! Сегодня мама письмо прислала - зовет к себе в гости.
Давай съездим в отпуск, а то уж какой год и не можем выбраться?
Правда.
Ты сейчас садись ешь, а я за Петькой в садик сбегаю.
Да еще в магазин зайти надо, а то Поля говорила,
какие-то костюмчики детские завезли. Мы посмотрим, может купим.
Ну, давай садись, пока горячее, Аркаша!
Ой, сметану-то забыла...
Что, устал сегодня?
Аркаша, а обедать?
[хлопок двери]
[гудок поезда]
- Вот что, Андрей! Завтра найди ребят, и в 21:00 зайдите ко мне.
[протяжное женское пение] "Не кукушечка кукует,
Не соловушка поет,
Мать по дочери горюет:
Лодырь свататься идет!
Ой, мой милый дуралей!
Провожает до сеней,
Да он ручку крепко жмет,
Никогда не обнимёт!
[веселое мужское пение] "Молодому холостому парню волюшка дана!
Его дома не ругают, не гоняется жена!"
[гармошка, смех]
"Девки, пойте, девки, пойте! Девки, веселитеся!
Вам цена - одна копейка! Девки, не сердитеся!"
[женское пение] "Я девчонка боевая, Нынче много таких есть!
Стало времечко такое, Боевым - большая честь!"
- Товарищ Прохоров?
- Здрасьте, Викентий Алексеевич. Это я.
- Здравствуйте.
Я узнал вас... Вы были с Людмилой, но тогда я не знал, кто вы такой.
Я знал, что вы придете.
Милости прошу! - Благодарю!
- Лидочка! - Да?
- Лидочка, у нас гость! Знакомьтесь, пожалуйста. Это моя жена.
- Лидия Анисимовна. - Очень приятно!
- А вас величают? - Александр Матвеич.
- Очень приятно! Проходите, пожалуйста!
- Александр Матвеич занимается делом нашего погибшего ученика и друга.
- Да, знаю.
У нас всё известно!
Деревня есть деревня!
Технорук Петухов только входил к вам, а уж вся деревня говорила,
что его заарестовали! - Ну! [смеется]
- Может быть чаю? - С удовольствием!
- Викентий, я сейчас приготовлю... - Да-да, сделай что-нибудь.
Располагайтесь, Александр Матвеич! - Спасибо.
[тикание часов]
- Ну что? Разглядели меня?
Война...
Задавайте ваши вопросы.
- Викентий Алексеевич, а что Вы... думаете о гибели Жени Столетова?
- Трудно сказать...
Я и сам мучаюсь, но до сих пор не могу найти ответа!
Он очень часто не знал... края своих поступков! У него был характер...
У него был характер импульсивный, взрывной.
Не случайно я его воспринимал,.. знаете, в красном цвете.
Вот и Лидочку я воспринимаю в красном цвете!
- Ну, Викентий! Это, скорее, молодость. [смеется]
- Должен сказать, что... я очень не многих людей...
воспринимаю в определенном цвете. Сколько людей, столько и оттенков.
- Викентий Алексеевич, а вы что-нибудь знаете о Жениной коллекции фонариков?
- А!.. Это ему было... лет 10.
Он тогда пытался... понять, как я ориентируюсь в темноте,
ну, и начал бродить ночами по поселку.
Однажды наткнулся на какой-то сучок, разбился, испугался, ну...
Ну, с тех пор начал собирать фонарики. Жена: - Детство!
- Интересно!
А в каком же цвете вы воспринимаете... Петра Петровича Гасилова?
- Гасилова? - Ну.
- Я его ни в каком цвете не воспринимаю...
При встрече я его даже не узнаю до тех пор, пока он не скажет первое слово.
- 22-го мая...
что-то происходило на лесосеке. Именно на лесосеке!
Вы не знаете... что, Викентий Алексеевич?
- Увы! Что происходило 22-го мая на лесосеке... мне не ведомо.
Но вот...
но вот, примерно полгода назад...
у меня с Женей произошел крупный, ну, если преувеличить, философский...
разговор.
[шум метели, стук двери]
- Здравствуйте! - А, Женя, Здравствуй!
- Во, мороз - жуть!
Ну, можете поздравить меня!
Становлюсь... круглым дураком!
Да-да, дураком!
Мыслить отвык,
а принимать самостоятельные решения просто не могу!
- Так уж и круглый?
Что случилось-то? - Ничего.
Я - робот! Робот, носящий кличку Евгений Столетов.
- Ну-ну?
- Вы знаете, что такое информация?
Вот в меня вложили столько разнообразной информации,
что я не могу самостоятельно мыслить и принимать решения!
Вот я сегодня думал... о Гасилове. - С Людмилой поссорился?
- Ну причем здесь Людмила? Ну причем здесь Людмила, Викентий Алексеевич!
Я сейчас не про Людмилу, я... я же о Гасилове! Так вот, он много сложней,
нежели мне, со всей моей обширной информацией, представляется!
Обширной информацией!
Ну вот чему меня учили в школе?
Как пользоваться логарифмической линейкой - помню,
цикл Карно тоже помню!
А элементарно, как соотнести норму выработки
с объемом хлыста на списочного рабочего - черт его знает! Темный лес!
- Ну и что же ты предлагаешь?
Превратить школу в Лесотехнический институт?
- Не надо превращать школу в Лесотехнический институт!
Ну сейчас что? Сейчас век научно-технической революции!
И нужно обучать, хотя бы...
ну зачаткам-основам экономических знаний!
Я ж сальдо от бульда отличить не могу!
Вот вы улыбаетесь, а Аркадий Заварзин, который 8 классов не кончил
и треть жизни провел в тюрьме,
вот он в экономике лесозаготовок разбирается прекрасно! Черт!
- Ой, Жень, не чертыхайся! - Простите!
- Тебе только кажется, что ты отвык самостоятельно мыслить!
А вот то, что ты сейчас поднимаешь эти вопросы,
да еще с таким волнением,
вот это и есть... самостоятельное мышление!
А где ты его, между прочим, получил, а?
В школе, друг мой, в школе!
Увы! Выпускники...
великолепно...
разбираются в логарифмических линейках,
считают прекрасно,
но очень часто...
очень часто не знают, сколько стоит килограмм Орловского хлеба.
А ну, быстренько!
А ну, быстренько - сколько стоит килограмм Орловского хлеба?
- [смеется] Не знаю!
- Ну так вот, во-первых, не путай получение информации с образованностью,
а во-вторых... А во-вторых, ты, по-моему...
Ты, по-моему, что-то преувеличиваешь! - Я ничего не преувеличиваю!
Вот сегодня были морозы - мы работали еле-еле.
Посмотрите на доску: норма выработки выполнена!
Я же ни черта не могу понять, вот, в махинациях этого Гасилова!
Хотя я точно знаю, что он ими занимается
и для собственного благополучия!
Так ну на кой черт мне нужен мой интеллект?
Мне что, шубу из него что ли шить? - Что ты всё о Гасилове, о Гасилове?
А ну, расскажи поподробней. Поссорились что ли?
- Это всё, что я могу сказать.
Нет доказательств!
Нету!
[вздыхает]
Ну, мы ж... - комсомольцы!
Мы ж чувствуем ответственность за то, что происходит у нас на участке!
- Да, это верно...
Комсомольцы всегда чувствовали ответственность в трудную минуту!
- Конечно!
Точно!
[задумчиво] Гасилова подвели морозы...
- Вот так было... полгода назад.
- Извините! Викентий, тебе уже пора!
- Режим!
10 часов - на прогулку!
Может, пройдемся? - С удовольствием!
Спасибо большое! - Не за что!
[плавная музыка "Эх, дороги..."]
- Ну, если это вам интересно, Александр Матвеевич...
Вот, например, технорука Петухова...
я воспринимаю в сером цвете.
- А Людмилу Гасилову? - Людмилу Гасилову...
Людмилу Гасилову..., пожалуй, в зеленом.
- Вот как? [смеется] Очень интересно!
- Ну, знаете, это всё мои фантазии...
[гудок поезда]
- Тишина, тишина...
и вот вдруг...
гудок паровоза,..
потом шум колес,
и звуки уходящего поезда.
Вы никогда не замечали, что эти звуки...
рождают в нас чувство...
чувство далеких расстояний,..
других городов, чужих земель?
Я, ведь, каждый... [смеется] каждый вечер...
прихожу на эту скамейку.
- Викентий Алексеевич, а я, ведь, отношусь... к тем людям,
которым палец в рот не кладут!
Если вы этого не знали, - сейчас узнаете!
Викентий Алексеевич,..
а вы не смогли бы опознать человека,
ну вот так, как, например, вы сегодня узнали меня,
который прошел бы мимо вас?
- Ну, что я вам могу ответить?
- Викентий Алексеевич,
если вы ежедневно по вечерам приходите на эту платформу,
вы могли быть... свидетелем того,
что с поезда, на котором ехал Столетов,
сошел один-единственный человек!
- Понял вашу мысль!
Вы знаете, 22-го мая...
мимо меня действительно прошел человек, спрыгнувший с поезда.
Это мог быть и Заварзин,..
но ведь я его... не знаю.
- А мы проделаем эксперимент!
Соберем 5 известных и неизвестных вам людей.
Среди них будет и Заварзин.
- Я могу ошибиться.
А когда вы думаете...
это всё проделать? - Да хоть завтра!
[гудок поезда, шум колес]
Субтитры: 2013, Elena, subtitry.ru