Есть такой актёр — Дастин Хоффман.
Много лет назад он снялся в фильме, о котором вы, возможно, слышали,
называется «Выпускник».
В этом фильме две ключевые сцены.
Первая — сцена соблазнения,
но сегодня не об этом.
(Смех)
Во второй старик отводит его к бассейну,
и поскольку тот едва закончил колледж, старик говорит всего одно слово,
только одно слово.
Все вы, конечно, знаете, что это за слово.
Это «пластик».
(Смех)
Проблема в том, что совет был в корне неправильный.
(Смех)
Объясню, почему он был так неверен.
Надо было сказать «кремний».
И это было бы верным советом потому,
что основные патенты на полупроводники уже были получены,
уже были зарегистрированы,
их уже производили.
А Силиконовую [Кремниевую] долину в 1967 году только строили,
фильм вышел в этом же году.
А через год после выхода фильма
основали компанию Intel.
Услышь выпускник единственное верное слово,
быть может, он в итоге оказался бы на сцене — ну, не знаю —
может, с этими двумя.
(Смех)
Пока вы думаете об этом,
давайте взглянем, какой совет можно дать выпускнику,
чтобы он не стал распространителем посуды Tupperware.
(Смех)
Что бы вы посоветовали в 2015 году,
прогуливаясь с выпускником к бассейну,
что это будут за слова?
Я думаю, ответ — «жизненный код».
Что такое «жизненный код»?
Это различные способы программирования жизни.
Мы пишем не компьютерные программы,
а программируем вирусы
или ретровирусы, или белки,
или ДНК, или РНК,
или растения, или животных.
Подумайте об этой невероятной возможности
заставить жизнь делать то, что нужно вам,
запрограммировать её на что-то.
В итоге
вы возьмёте то, что мы делали тысячелетиями,
например, разведение, изменение,
смешение и соединение
всевозможных форм жизни,
и ускорите эти процессы.
И это не ново.
Обычную горчицу изменили так,
что в одном случае из неё получается брокколи,
в другом — кормовая капуста,
в третьем —
цветная капуста.
Поэтому все эти натуральные, органические рынки —
это места,
где люди давно уже изменяют жизненный код растений.
Разница сегодня в том,
что берётся нейтральный термин.
[Разумный дизайн]
(Смех)
Мы начинаем заниматься разумным дизайном.
То есть вместо того чтобы действовать случайно
и ждать, что произойдёт через десятки лет,
мы вводим определённые гены, определённые белки
и меняем жизненный код намеренно и целенаправленно.
Так мы можем ускорить весь процесс.
Приведу один пример.
Некоторые из вас иногда думают о сексе.
И то, как мы изменили секс, кажется нам само собой разумеющимся.
Мы думаем, что абсолютно нормально и естественно его менять.
Что произошло со временем?
Обычная формула: секс = ребёнок.
Но в сегодняшнем мире
секс + противозачаточные таблетки = отсутствие ребёнка.
(Смех)
И опять же нам это кажется абсолютно естественным,
хотя большую часть истории человечества было не так.
И у животных это не так.
Это изменение даёт нам контроль,
когда секс отделён от зачатия.
Подумайте о последствиях:
видимо, мы играем с чем-то
более сложным, с искусством.
Не в смысле рисования или скульптуры,
а в смысле вспомогательной репродуктивной технологии.
Что это такое?
Вспомогательная репродукция — это, например, искусственное оплодотворение.
Если прибегают к искусственному оплодотворению, на то есть веские причины.
Иногда зачатие иначе невозможно.
Но это означает,
что разделяются секс, зачатие и ребёнок.
Так что мы контролируем не только время появления ребёнка,
но также время и место оплодотворения.
Итак, ребёнок отделён
от тела и от акта.
Подумайте, что ещё мы делаем,
подумайте о близнецах.
Можно заморозить сперму или яйцеклетки,
даже оплодотворённую яйцеклетку.
Что это означает?
Больному раком это может быть полезным.
Даже если предстоит химиотерапия или облучение,
вы можете сохранить половые клетки,
не подвергать их облучению.
Если клетки можно спасти, заморозить
и можно найти суррогатную мать,
значит, секс отделён от понятия времени.
Значит, близнецы могут родиться с разницей в 50 лет?
(Смех)
В сто лет?
В двести лет?
Вот три самых глубинных изменения,
не кажущихся фантастическими,
которые мы сегодня принимаем как данность.
Итак, жизненный код — это сверхспособность.
Это сверхмощный способ изменения вирусов,
растений, животных,
возможно, даже нас самих.
Об этом мы уже давно размышляем со Стивом Галланом.
Решимся на риск.
Как и любая мощная технология, например, электричество, автомобиль
или компьютер, жизненный код может быть использован во зло.
Многих это пугает.
Применение этих технологий
может превратить человека в химеру.
Помните греческий миф о смешении животных?
Из-за некоторых вмешательств
может измениться группа крови.
Мужские клетки могут оказаться в теле женщины, и наоборот.
Звучит ужасно,
если не понимать, зачем это делается:
костный мозг пересаживается для лечения рака.
Использование чужого костного мозга
может изменить важные характеристики человека,
но оно же спасёт его жизнь.
Только вдумайтесь,
вот что произошло двадцать лет назад.
Это Эмма Отт.
Она недавно поступила в колледж.
Изучает бухучёт.
Отличница. Выступает за университет в двух видах спорта.
Ничего экстраординарного,
если не считать, что она первый человек, рождённый от трёх родителей.
Почему?
Потому что она унаследовала бы смертельное
митохондриальное заболевание.
А если ДНК третьего человека
добавить к ДНК пациента,
можно спасти жизни.
В то же время это зародышевая инженерия.
Значит, если у неё будут дети, они будут спасены
и они избегут этой участи.
И их дети будут спасены,
и их внуки будут спасены
и так далее.
Некоторых это беспокоит.
Около двадцати лет назад различные силы решили
изучить этот вопрос.
Риск есть и в действии, и в бездействии.
Эта технология спасла десятки жизней,
но следующие двадцать лет мы о ней размышляем.
Можно предлагать
проводить более длительные исследования,
делать то или делать это,
но последствия есть и у действия, и у бездействия.
Лечение смертельных заболеваний
абсолютно противоестественно.
Для людей естественно было бы повально умирать
от эпидемий полиомиелита, оспы или туберкулёза.
Вакцинирование означает введение людям
чего-то чужеродного,
поскольку мы считаем, что польза перевешивает риск.
Мы создали не существующие в природе растения и животные
и потому можем прокормить 7 миллиардов человек.
Мы можем создавать новые формы жизни.
Создание новых форм жизни звучит пугающе
и вызывает ужасное беспокойство,
если забыть, что эти самые формы жизни можно найти на вашем столе.
Цветы в вазе на обеденном столе —
в них мало естественного.
Селекционеры работали над ними, чтобы получить нужный цвет,
нужный размер, чтобы цветы не вяли.
Любимой редко дарят полевые цветы,
ведь их век недолог.
В итоге вся теория Дарвина
перевёрнута с ног на голову.
В течение 4 миллиардов лет
всё, что жило и умирало на Земле, зависело от двух принципов:
естественного отбора и случайных мутаций.
И всё то, что жило и умирало по этим законам,
абсолютно переменилось.
Что мы сделали,
мы создали параллельную систему эволюции,
где мы производим неестественный отбор и неслучайные мутации.
Позвольте пояснить.
Вот естественный отбор,
а это — неестественный.
(Смех)
Вот что произошло:
тысячи лет назад люди стали разводить волков
в Центральной Азии и приручать их.
Затем их превращали в больших собак,
затем — в маленьких.
Но если взять любую чихуахуа
с Пятой авеню, сидящую в сумочке Hermès,
и выпустить на волю где-то на просторах Африки,
мы увидим естественный отбор в действии.
(Смех)
Мало что на Земле менее естественно, чем кукурузные поля.
Ни при каких обстоятельствах вы не найдёте в природе места,
где ровными рядами одновременно
росла бы одна культура
и больше бы ничего не было.
Сажая кукурузное поле,
вы выбираете, чему жить, а чему умереть.
Вы производите неестественный отбор.
То же с полями риса или пшеницы.
То же с городами или пригородами.
На самом деле половина поверхности Земли
создана искусственно,
так что всё живёт и умирает по нашему выбору.
Вот почему медведи гризли
не гуляют по Манхэттену.
Что насчёт случайных мутаций?
Что ж, вот случайная мутация.
Это Антонио Алфонсека
по прозвищу Осьминог.
В 2000 году он был запасным питчером.
В результате случайной мутации у него шесть пальцев
на каждой руке.
Что очень полезно, если ты питчер.
(Смех)
Что насчёт неслучайной мутации?
Пример неслучайной мутации — пиво.
Вино. Йогурт.
Сколько раз вы случайно натыкались в лесу
на сыр?
На натуральный йогурт?
Всё это создали мы.
Вот что интересно:
мы всё лучше в этом разбираемся.
Мы обнаружили один из самых мощных инструментов генной модификации,
CRISPR, в йогурте.
Занимаясь клеточной инженерией,
мы производим 8 из 10 важнейших лекарств,
в том числе средство от артрита,
хит продаж — лекарство «Хумира».
Всё это жизненный код.
Настоящая суперспособность.
Позволяет программировать по-настоящему,
и ничто не изменит нас сильнее,
чем жизненный код.
Поразмышляем
о пяти принципах
для начала,
можете предложить больше.
Принцип первый:
мы несём за всё это ответственность.
Мы в ответе потому,
что мы главные,
мутации не случайны,
мы делаем выбор.
Это не просто «всякое бывает»,
это не случайность.
Так получилось по нашей воле,
мы это спроектировали,
здесь действует правило посудной лавки: «Разбил – купил».
Принцип второй:
мы должны осознавать разнообразие и ратовать за него.
На Земле существовало
по меньшей мере 33 вида гоминидов.
Почти все вымерли, кроме нас.
Однако естественным было бы видеть на планете
множество сосуществующих версий людей,
вот почему в каждом из нас есть частичка неандертальца.
В некоторых есть что-то от денисовского человека.
В Вашингтоне это особенно видно.
(Смех)
Принцип третий:
нужно уважать чужой выбор.
Кто-то решит не меняться,
кто-то решит меняться полностью.
Кто-то согласится менять растения, но не животных.
Кто-то решит видоизменить себя.
Кто-то решит эволюционировать.
Разнообразие — это не плохо.
Хоть мы и считаем, что мы, люди, очень разные,
мы так близки к вымиранию,
что все мы произошли от одной африканской праматери,
и, как следствие,
у 55 африканских шимпанзе разнообразие генов больше,
чем у семи миллиардов человек.
Принцип четвёртый:
нам следует отдать четверть Земли,
чтобы там было царство Дарвина.
Ей необязательно быть смежной,
цельной территорией.
Она должна быть частично на суше и в воде.
Но нельзя руководить каждым эволюционным решением на этой планете.
Пусть работает наша эволюционная система.
И пусть работает эволюционная система Дарвина.
Очень важно, чтобы две эти системы работали параллельно
и не подавляли эволюцию.
(Аплодисменты)
И последнее.
Это самое восхитительное приключение для человечества.
Это самая великая сила, которой обладали люди.
Было бы преступлением оставаться в стороне
из страха,
желая спрятаться от происходящего.
Вы можете участвовать в том, что касается этики, политики,
бизнеса.
Поучаствуйте, просто размышляя о развитии медицины
или промышленности.
Подумайте, куда мы ведём этот мир.
Нельзя не замечать,
что кто-то ведёт нас к бассейну
и говорит одно только слово,
и не услышать, что слово это — «жизненный код».
Большое спасибо.
(Аплодисменты)